Free Web Hosting Provider - Web Hosting - E-commerce - High Speed Internet - Free Web Page
Search the Web

Форум - здесь можно выразить свое мнение
и обсудить все, что вам угодно
Сергей Cибейкин февраль 2007

ВОЙНА И МИР на Ближнем Востоке  


.
Приходится признать, что Израиль так и не выполнил историческую задачу, принятую на себя мировым сионистским движением - создать в Палестине прочное еврейское государство. Удалось освоить только приблизительно половину территории Палестины ( если не считать малопригодных для жизни пустынь ). К тому же, по иронии судьбы, освоены в основном прибрежные равнины, т.е. территория, занимаемая злейшими врагами древних евреев - филистимлянами. А территория древних еврейских государств - Иудея и Самария - остались населенной палестинцами. Все это создает крайнюю неустойчивость современного Израильского государства.

Дело в том, что любая страна имеет свои естественные границы, проходящие обычно по рекам, морям, горам и т.п. Лучший пример - соседний с Палестиной Ливан, представляющий маленькое, но на редкость устойчивое государственное образование чуть ли не со времен финикийцев. Ливан не раз входил в состав той или иной ближневосточной империи, но сохранял внутри ее свою целостность. Империя распадалась, и Ливан вновь оказывался самостоятельным государством практически в тех же границах. Причина такой устойчивости заключается в рельефе местности. Два параллельных друг другу горных хребта, протянувшихся вдоль Ливана, являются естественной крепостью, разрушить которую не дано никому.

Палестина тоже имеет свои естественные границы, хотя и не столь устойчивые. На севере это - тот же Ливан, его горные хребты, за западе - Средиземное море, на юге - пустыни, на востоке - река Иордан. Только в этих границах может существовать устойчивое государство в Палестине. Но поскольку Израиль освоил только половину плодородной и орошенной земли региона, то теперь он сталкивается с поистине неразрешимыми проблемами.

ПЕРВАЯ из них - демографическая. Численность арабского населения уже сейчас почти достигает численность еврейского, и растет гораздо быстрее. Неизбежно вскоре арабы региона ( Палестины ) превысят по численности евреев. А если учесть и многочисленных палестинских беженцев, проживающих в соседних странах, например, в том же Ливане, не утративших еще надежду вернуться на родину, то уже сейчас арабское население Палестины превышает еврейское. Правда, ортодоксальные евреи размножаются еще быстрее палестинцев, но это проблемы не решает. Если ортодоксы составят большинство населения Израиля, то последний скатится на уровень своих арабских соседей, перестанет быть современным развитым государством, т.е. утратит свое качественное превосходство.

Никакие разграничения проблемы не решают. Оба народа все равно остаются в тех же естественных пределах исторической Палестины, крайне близко друг к другу, и граница между ними оказывается искусственной.

Когда в конце XIX - начале XX века отцы- основатели Израиля начинали заселение евреями этой территории, то перспективы казались радужными. Арабское население Палестины не достигало и полумиллиона человек, евреев во всем мире было раз в 20 больше. Казалось вполне реальным обеспечить решающее численное преобладание евреев на территории Палестины. Но бурный рост арабского населения, связанный с успехами современной медицины, сокращения смертности, особенно детской, резкого увеличения продолжительности жизни, поставил крест на подобных расчетах.

Сейчас запас евреев во всем мире исчерпан. В США евреев проживает примерно столько же, сколько и в Израиле, имеются солидные еврейские общины в Западной Европе, особенно во Франции, но на сколько-нибудь значительную эмиграцию из этих развитых стран находящийся на вулкане Израиль рассчитывать не может.

ВТОРАЯ проблема - геополитическая. Между Западным ( христианским ) и Восточным ( мусульманским ) миром существует совершенно четкая геополитическая граница. Она проходит по Гибралтарскому проливу, Средиземному морю, Босфору и Дарданеллам, Черному морю, Кавказским горам, Каспийскому морю, а далее ее составляют Великая степь и Сибирская тайга. Обе стороны не раз переходили эту естественную границу, но закрепиться на другом ее краю не могли. Мавры когда-то владели Испанией, турки - Балканами, но и те, и другие вынуждены были уйти в конце концов обратно в Африку и Азию. Европейцы, в свою очередь, во времена крестовых походов создали в Палестине христианское Иерусалимское королевство, были хозяевами Ближнего Востока в колониальный период - но удержаться здесь не смогли.

В этих условиях Израиль - развитое западное государство - географически расположен по другую сторону границы, отделен от всего Западного мира громадными пространствами Средиземного моря. Израиль, следовательно, представляет собой маленькую осажденную крепость, или, если хотите, тет-де-понт ( плацдарм ) на неприятельском берегу. Такую изолированную крепость трудно защищать, ее легко потерять при первой же неудаче.

Но хуже всего даже не это, а состояние гарнизона этой маленькой крепости, а это:

ТРЕТЬЯ проблема - чисто человеческая. Грубо говоря - не тот еврей пошел. А более научно рассмотреть этот вопрос лучше всего с позиций гумилевских страстей, с пассионарности.

Те евреи, которые прибывали в Палестину до Второй мировой войны, были, конечно, людьми пассионарными. Без нее они бы и с места не сдвинулись. Они были одушевлены идеей создать еврейский очаг на своей исторической родине.

Те евреи, что прибыли в Палестину после Второй мировой войны, наверное, такой пассионарностью уже не обладали. Но это были люди, прошедшие через ад холокоста, подвергшиеся такому отбору и такой закалке, что им были по плечу задачи, недоступные, быть может, и пассионариям.

Именно эти две категории евреев создали Израильское государство и одержали верх над всеми его соседями.

Но этих людей уже нет. Остались их дети, внуки, а они далеко не всегда унаследуют достоинства своих отцов и дедов. Пассионарность с течением времени размывается и исчезает. Но хуже всего то, что остатки этой пассионарности растворились среди дальнейших эмигрантов. Выходцы из бывшего СССР, эфиопские фалаши и тому подобные контингенты никакой особенной пассионарностью не обладали. Эти люди прибыли в Израиль, чтобы вырваться из нищеты и безысходности на своей родине. То есть, они являются теми, кого Гумилев называл субпассионариями.

Конечно, и субпассионарии способны на многое, ибо у них есть энергия. Но потратят эту энергию они только на личные цели. Карман набить, бабу трахнуть - ради этого субпассионарий пойдет и на подвиг, и на преступление. Но великих дел субпассионариям уже не совершить. Образно говоря, пассионарии образуют чистый, стремительный поток, который может занести далеко, а субпассионарии - это кипящий котел, энергия из которого уходит с паром, а общий уровень понижается. Субпассионарии - это броуновское движение, в котором масса подвижных частиц уравновешивают друг друга.

Анализ настоящего состояния израильского общества подтверждает такие выводы. Только что закончилась Вторая ливанская война, и закончилась безусловной неудачей. Израиль, когда-то легко громивший все соседние государства, не смог справиться даже не с государством, а с военизированной организацией - Хезбаллой. Налицо катастрофическое падение израильской военной мощи, а хуже всего то, как воспринимает это израильское общество. Конечно, Вторая ливанская война является предметом оживленных дискуссий, но куда больше внимания привлекают сексуальные дела президента и коррупционные - премьер-министра. Налицо типичное поведение субпассионариев самого худшего пошиба, чем-то напоминающее поведение деградировавших римлян после разгрома Рима вандалами в 455 году после рождества Христова. Собравшись после ухода неприятеля, граждане Рима стали обсуждать не как восстановить город, а как провести игры в уцелевшем цирке.

Вот какие три проблемы стоят перед Израилем, и разрешить их не так-то легко. Они важнее, чем любые вооружения и техническое превосходство.

Значит ли это, что положение Израиля безнадежно. Нет, конечно, хотя и гарантий на безоблачное будущее никто дать не может. В конце концов, палестинцам тоже не легко голыми руками вести борьбу против лучшей армии мира. Следовательно, надо заключать мир, и мир прочный, устойчивый.

Правда, можно услышать, "что с дикими зверями мир невозможен". Но так говорят люди, не желающие мира, точнее, не желающие платить необходимую цену за мир. Мир был заключен даже с тиграми, причем даже не с какими-нибудь "тамильскими тиграми", а с тиграми в прямом смысле этого слова. Поняв, что люди оттесняют их с естественной среды обитания, тигры стали истреблять людей, и в свою очередь стали истребляемы ими. Поняв что победы не достичь, они предложили негласное перемирие ( негласное потому, что говорить тигры не умеют ).

Уссурийские тигры смогли достигнуть соглашения о взаимном ненападении. Сейчас в уссурийской тайге поддерживается мир, тигры и люди не убивают друг друга.

Среднеазиатская популяция тигра тоже делала такое предложение, но здесь люди продолжали войну до полного истребления противника. Сейчас эта популяция тигра исчезла. Сказалось то, что противники тигра жили в различных государствах - Иране, Средней Азии, Закавказье, и договориться между собой не смогли.

Долго не удавалось достичь соглашения с индийским тигром, продолжавшим нападать на людей. Наконец последние поняли, в чем дело. Тигры ведь оказались оттесненными в мангровые заросли, где вода солоновата, и тигры все время находятся в состоянии раздражения. Когда сюда стали доставлять цистерны с хорошей пресной водой - и для тигров, и для прочих проживавших здесь зверей, - нападения прекратились.

Из этого биологического примера следует, что для достижения мира противнику надо обеспечить условия, приемлемые для нормальной жизни.

Мир всегда возможен, ибо не было еще войны, не закончившейся миром. На Ближнем востоке путь к миру один - мир в обмен на территории. Кемп-девидский процесс привел к мирному договору с Египтом, поддерживаемому на протяжении более 30 лет. Цена - возвращение Синайского полуострова. Значит, можно заключить мир и с другими арабскими соседями. Вопрос только, на каких условиях.

Вряд ли подлежит сомнению, что мир с палестинцами возможен только при решении двух проблем - прекращении оккупации палестинских территорий и решением проблемы беженцев.

План одностороннего размежевания Шарона мира не обеспечит, хотя бы потому что палестинцы на него не согласны. Вспомним бессмертные слова монтера Мечникова из "Двенадцати стульев": "Согласие есть продукт при полном непротивлении сторон".

Саудовская инициатива с созданием Палестинского государства и Израилем в границах 1967 года. Это уже лучше, ибо в покидаемые израильтянами поселения можно ввести палестинских беженцев, и хотя бы отчасти решить эту проблему. Но мира это все равно не обеспечит, ибо Палестинское государство оказывается состоящим из двух изолированных анклавов - сектора Газы и Западного берега Иордана. Такое государство просто нежизнеспособно, а следовательно, и новая война против Израиля неизбежна.

Я мог бы поверить в прочный мир, если Израиль уступит Палестинскому государству расположенные на юге пустыни - Негев, иудейскую пустыню. Тогда государство палестинцев будет представлять единый массив, будет жизнеспособным, и необходимость новой войны против Израиля отпадет. Не такая уж это большая ценность - пустыня, чтобы ею нельзя было пожертвовать, как пожертвовали синайской пустыней

Израиль на такую уступку сейчас, конечно, не пойдет. Ведь это значит лишиться порта Эйлат, потерять выход к Красному морю. Вспомним, что когда президент Насер в 1967 перекрыл Тиранские проливы, связывающие Эйлат с Красным морем, это сразу же толкнуло израильтян на немедленную атаку, приведшую к блестящей победе в Шестидневной войне.

И все же пожертвовать Эйлатом необходимо и возможно, тем более что сейчас его значение несравненно ниже, чем в 1967 году. Тогда через Эйлат в Израиль доставлялась нефть из Ирана, это был путь, жизненно необходимый для страны. После победы исламской революции в Иране нефть этим путем уже не поступает. Сейчас 60% своей нефти Израиль получает из России через Средиземное море, а остальное поступает из синайских скважин в соответствии с Кемп-девидскими соглашениями и даже из Западного полушария ( но не из Венесуэлы, а из стран Карибского бассейна ). Теперь Эйлат - только курорт, а уж курортом можно пожертвовать ради заключения мира.

К этому можно добавить еще одно важное соображение. Новое Палестинское государство, конечно, необходимо поддержать экономически, особенно на первых порах. Для этого не надо даже экономической помощи, есть одно простое и дешевое средство. После победы в Шестидневной войне израильтяне построили через пустыни нефтепровод, связывающий Эйлат и Ашкелон. Расчет был на то, что громадные танкеры с нефтью, не могущие пройти через Суэцкий канал и поэтому огибающие Африку, могут разгрузиться в Эйлате, нефть по этому нефтепроводу будет перекачена к побережью Средиземного моря, после чего ее вновь зальют в танкеры. Но богу, очевидно, был неугоден этот проект. Как только нефтепровод построили, произошла исламская революция в Иране, нефтяной поток иссяк, и с тех пор нефтепровод ржавеет пустым. Но палестинцам, конечно, Иран в нефти не откажет. Достаточно перебросить конечный участок нефтепровода из Ашкелона в Газу - и нефтепровод заработает, обеспечивая Палестинской государство необходимыми средствами, а Европу - дешевой нефтью.


.
Теперь о беженцах. Что еще делать беженцам в своих лагерях, как не убивать израильтян? Для мира Израилю придется уступить такую территорию, чтобы можно было разместить этих беженцев, а это сейчас не один миллион человек. Но есть одно благоприятное обстоятельство. Земли для этого нужно не так уж много. В лагерях сменилось не одно поколение, к крестьянскому труду беженцы ( точнее, их потомки ) вернуться уже не могут, но горожанами они могут быть. Достаточно уступить столько земли, чтобы построить города для расселения беженцев, и обеспечить их работой. Средства для этого вполне может дать заработавший нефтепровод и мировая экономическая помощь - на первых порах.

И наконец, отношения с Сирией. Здесь ключевой момент - стратегические важные Голанские высоты. Владея ими, сирийцы держат под ударом весь север Израиля. Но владея Голанами, Израиль держит под непрерывной угрозой столицу Сирии - Дамаск. Что важнее? Ответ однозначен, и для достижения мира высоты приходится вернуть сирийцам, а границу провести по середине реки Иордан. Сейчас, владея обоими берегами верхнего Иордана, израильтяне могут откачивать сколь угодно много воды для орошения собственной земли, лишая ее расположенные ниже по течению Палестинскую автономию и Иорданию. При таких условиях доброжелательных отношений между соседями не достичь, ибо вода на засушливом Востоке - величайшая ценность. Граница по реке вынуждает обе стороны к переговорам и взаимному соглашению. В противном случае одна из сторон неизбежно насчет диктовать условия, и война неизбежна.

На таких примерно условиях мир на Ближнем востоке вполне возможен.


.
К оглавлению


 


808